В чем заключаются основные проблемы переводческой школы в Азербайджане. Почему невозможно читать?

Перевод играет огромную роль в культурном развитии человечества. Вы скажите  –  разве у нас читают?  Не вдаваясь в подробности того, как дела обстоят с национальной литературой, где, признаться честно, что-то да делается,  мы ответим – разве переводы достойны того, чтобы читатель брал в руки очередной бестселлер на азербайджанском языке?

Без активной литературы, без переводов – язык просто перестанет развиваться. Итак, сегодня тот язык, на котором говорят, допустим, по телевидению отвечает либо государственным клише, которые да, развиты, либо же зачастую не отвечает нормам грамотной, образцовой речи. Все переводы в Азербайджане делаются уже с заведомо переводного материала — с русского, либо с турецкого языков. Тем самым, мы теряем оригинал.

Роль переводчика также значительна, и к нему предъявляются очень высокие требования. Когда вы переводите текст с одного языка на другой, перед вами может встать сразу несколько проблем. Во-первых, у каждого народа своя культура, которая отражается в языке, и в тексте могут встречаться такие вещи, которые переводчик, принадлежащий к другой культуре, может просто не чувствовать, не знать и не понимать. Это не только какие-то пословицы или крылатые выражения, это может быть и общий тон текста, то, что не выражается словами прямо, но читается между строк. Во-вторых, помимо культуры, проблемы может создать и автор текста, как особенностями своего стиля, так и образами, которые он предпочитает. Допустим, что автор текста, который вы переводите, увлекается регби, и использует образные сравнения, связанные с этим видом спорта. А вы ничего не знаете о регби, и не можете понять, о чем идет речь и как это переводить. Наконец, проблемы могут создать недостаточно широкие знания переводчика как о языке, с которого он переводит, так и его знания о мире вообще. Поясню, что я имею в виду. В дубляже одного документального фильма о Первой мировой войне рассказывалось о том, как экипаж потопленного в Индийском океане немецкого военного корабля пытался добраться до Европы. И диктор зачитывает текст о том, как тогдашние датские власти нынешней Индонезии не позволили скитальцам зайти в их порты. Все замечательно, но в данном случае переводчик решил, что английское слово Dutch означает датчан, а не голландцев, как на самом деле. Не знал он и о том, что Индонезия раньше была колонией Голландии, а не Дании. Иными словами, переводчику недостаточно просто знать язык, с которого он переводит, недостаточно хорошо владеть языком, на который он переводит, он должен быть специалистом широкого профиля и обладать широкими познаниями почти во всех сферах, иначе он постоянно рискует опростоволоситься.

Мы пообщались как с  переводчиком-фрилансером, так и с профессиональным переводчиком. В чем основные проблемы? Почему школа перевода находится в таком состоянии?

«Первая проблема заключается в отношениях между переводчиком и заказчиком, — говорит Сеймур Агаев — переводчик-фрилансер со стажем, который работает с английским и испанским языками. — Очень часто заказчики хотят сэкономить на услугах переводчика, поэтому либо просто исчезают и не выходят на связь после того, как материал был отослан, либо придираются к каждой запятой, выискивают любой маломальский повод, чтобы урезать, а может и вовсе не платить. При этом переводчик оказывается в правовом плане беззащитным перед заказчиком, потому что очень часто, в 95% процентах случаев, особенно это касается молодых переводчиков, не существует письменной договоренности. То есть не заключается соответствующий сервисный договор, вместо этого – лишь устная договоренность по телефону, на мейле, в вотсапе и так далее.

Вторая проблема же в том, что в Азербайджане хороший переводчик должен владеть не двумя, а тремя языками. То есть язык, с которого он переводит, азербайджанский и также русский, чтобы суметь покрывать все заказы рынка. К сожалению, у нас много тех, кто блестяще владеют иностранным языком, но вот с азербайджанским – беда. В итоге, когда приходит заказ на азербайджанский и русский языки, а такие заказы весьма часты, он переводит на один язык, а его перевод уже посылают другому специалисту. Это утяжеляет процесс, делает перевод дороже, побуждает фирмы экономить на услугах переводчиков, падает качество перевода, ставки делаются на более «бюджетных специалистов», а текст, который проходит двойной перевод еще более искажается от первоначального замысла.

Третья проблема – переводчик забывает о том, что ему надо уметь хорошо писать на языке, на который он переводит. Поэтому переводы получаются корявыми, с точки зрения азербайджанского или русского языков неправильными, неинтересными, их трудно читать – все это ведет к снижению качества перевода.

Ну и наконец, четвертая проблема по, скажем так, редким языкам. Если речь идет о других иностранных языках, будь тот же итальянский или французский – количество доступных переводчиков резко сужается. У нас дефицит переводчиков с итальянского или португальского языков, я молчу еще о редких языках. Все это ведет к тому, что, в частности, художественные текста переводятся с уже переводного текста, что является недопустимым».

Познакомимся и с мнением профессионального переводчика Талеха Эминоглу из издательского дома «Хан»: «Местные издательские дома предпочитают азербайджанскому слову, книги зарубежных авторов. Рынок книг переполнен иностранными авторами. Но чтобы перевести все эти книги, нужны высококвалифицированные кадры. Если смотреть на книжное дело чисто как на бизнес, что и делает большинство, если не все, то перевод посылается, кому попало, при этом заказ поступает не с языка оригинала, а, допустим, с турецкого языка. То есть необходимо перевести то, что уже переведено.  Понимать и немного говорить на турецком, добавлять этот язык в CV, не означает, что вы можете делать переводы с турецкого языка.

Вторая огромная проблема в том, что азербайджанским — грамотным, со всеми нюансами, владеют совсем немного. Все это приводит к тому, что качество перевода, оригинал текста сильно искажаются. Могу привести в пример книги Орхана Памука, которые читать на азербайджанском языке почти невыносимо».

Похожие

  • Эльнур Эйбатов - 12 января 2018

    Все мы знаем, что нефть – это ценный и ограниченный ресурс. Из неё получают бензин, реактивное и дизельное топливо, парафин и другие нефтепродукты. Человечество пытается найти замену нефти в виде солнечной энергии или электричества, но пока что чёрное золото остаётся сырьём, на который предъявляется огромный спрос. Цены за баррель нефти меняется каждый день и на них ориентируются ведущие страны мира. Большое влияние на установление цен на нефть оказывает OPEC (The Organization of the Petroleum Exporting Countries), либо же ОПЕК – организация стран-экспортёров нефти.

      

    Данная международная организация была создана с целью контролировать объёмы добычи нефти в странах-членах организации, обеспечить стабильность рынка нефти и эффективную добычу нефти. Членами организации являются Алжир, Ангола, Эквадор, Экваториальная Гвинея, Габон, Иран, Ирак, Кувейт, Ливия, Нигерия, Катар, Саудовская Аравия, Объединённые Арабские Эмираты и Венесуэла. Первоначально организацию создали в 1960 году пять стран - Иран, Ирак, Кувейт, Саудовская Аравия и Венесуэла. Позже присоединились остальные страны-члены организации. В ОПЕК в своё время входили Катар и Индонезия, но в 2016 году решили всё-таки выйти из её состава. Штаб-квартира организации с 1965 года находится в Вене.

    По данным на 2016 год на долю ОПЕК приходится 81,5% всех запасов в мире – а это, на минуточку, 1216, 78 миллиардов баррелей нефти (1 баррель=158,987 литров). Наибольшая доля запасов у Венесуэлы и Саудовской Аравии – 24,8% и 21,9% запасов нефти соответственно. Следом идёт Иран, у которого «всего лишь» 12,9% запасов. При этом 65,5% от общей доли ОПЕК находится на Ближнем Востоке. Именно этим объясняются постоянные гражданские войны и революции в арабских странах. ОПЕК использует так называемую «корзину» (OPEC Reference basket) для определения цены нефти. Это средневзвешенный показатель, по одной марке нефти от каждой страны-участницы ОПЕК.

    ОПЕК также устраивает собрание с 11 странами-экспортёрами нефти (включая Азербайджан и Россию), которые не являются членами данной организации. Данное собрание носит название ОПЕК+. Общее собрание стран решило сократить добычу нефти на 1,8 миллиона баррелей в сутки до конца марта 2018 года. С одной стороны, роста цены нефти до 80-100 долларов за баррель, как это казалось многим инициаторам решения, не произошло. Однако, баррель довольно уверенно в течение всего 2017-го года держался на отметке 50-55 долларов превышает прошлогодний показатель где-то на 10 долларов.

    Инвесторы внимательно следят за действиями ОПЕК+. Если в организации начнется разлад, и соглашения о пролонгации не будет достигнуто, это может поколебать рынок и опустить цены ниже $40 за баррель.

    Новым, опасным для ОПЕК, игроком на рынке нефти является США. Сланцевая революция позволила штатам войти в тройку лидеров по добыче нефти, и страна может нарушить достигнутое с таким трудом равновесие на рынке. Однако многие эксперты уверяют, что опасаться нечего, и сланцевая добыча пошла на спад. В целом, сланцевая индустрия США замедлила темпы ввода новых буровых установок с июня 2017 года, когда цены на нефть опустились до минимального значения за год — 46 долларов за баррель

    Помимо США, существуют другие страны, которые при желании могут повлиять на рынок «чёрного золота». Во-первых, это Россия. Страна не входит в организацию ОПЕК и выступает в качестве наблюдателя. На данный момент Россия добывает больше всех нефти в мире: 10,34 миллионов баррелей в день. С другой стороны, Китай является крупнейшим импортёром нефти в мире (около 8,5 миллионов баррелей в день). Поднебесная достаточно легко адаптируется к изменениям на рынке и находит новых поставщиков – например, Бразилию.

    Многих сейчас волнует вопрос, снизится ли влияние организации стран-экспортёров нефти и какова будет динамика цен на ресурс в ближайшем будущем?

    За объяснениями по этому вопросу мы обратились к профессору Экономического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, Сергею Михайловичу Никонорову. По мнению эксперта, влияние ОПЕК в мире снижается. Этому способствует ряд обстоятельств. Во-первых, это нарастание внутренних противоречий среди участников картеля ОПЕК (Саудовская Аравия и Катар). В ряде стран меняются правительства (Ирак, Ливия, Венесуэла) и политические курсы (Саудовская Аравия), в том числе и в энергетической сфере. Во-вторых, усиление влияния и мощи других нефтегазовых стран на мировом рынке, не входящих в ОПЕК. Например, Россия, Норвегия, Азербайджан, Казахстан, Канада. Переход такого крупного импортера, как США в крупного экспортера в том числе сланцевой нефти. Новая политика администрации Дональда Трампа. К тому же во всех странах ЕС существует концепция перехода к 2020 и 2035 году к так называемой «зеленой экономике», в том числе к переходу на ВИЭ (солнце, ветер, вода и др.).

    Что касается перспектив организации, то картелю ОПЕК, необходимо переформатирование и ребрендинг. Как отмечает профессор Никоноров, надо разрешить внутренние противоречия внутри самой ОПЕК, научиться договариваться с другими нефтегазовыми странами, использую систему сдержек и выгод в разных сферах экономики (не только в энергетической сфере), научиться политически и дипломатически лавировать, достигая главную цель - недопущение снижения цены на нефть ниже критических отметок в 30 - 40 долл. за баррель. За этим снижением следует снижение социально-экономических показателей качества жизни населения в самих странах ОПЕК. И самое главное, следует договориться о долгосрочном курсе в энергетической сфере между всеми странами ОПЕК, в независимости от политической ситуации в странах.

    Однозначного прогноза по поводу цены за баррель нефти быть не может. Так как существуют несколько сценариев развития мировой экономики. При наиболее вероятностном сценарии, цена на нефть будет варьироваться от 65 до 75 долларов за баррель. Но это среднегодовая оценка, хотя вероятны краткосрочные колебания, как вверх, так и вниз.

    Как советует Сергей Никоноров, Азербайджану в этой ситуации надо находить свои выгоды в очень сложной политической ситуации в мире. Необходимо максимально снизить долю нефти в экспорте страны. Важно также развивать отрасли, имеющие конкурентные преимущества в мировом масштабе, но не завязанные на энергоносители. Внутри самой страны необходимо переходить на возобновляемые источники энергии; развивать тяжелую и легкую отечественную промышленность (снизить зависимость от России и Турции); развивать сельское хозяйство (снижение зависимости от Турции); развивать устойчивые виды туризма (экологический, сельский, гастрономический, оздоровительный). Существует возможность трансформации дивидендов от спортивных и политических мероприятий в экономическую сферу – например, создать благодаря налоговым льготам благоприятный инвестиционный климат и превратить страну в «Инвестиционный Люксембург Востока». В Азербайджане существуют значительные преимущества для создания исламских финансов.

    Все это легче сделать Азербайджану сейчас, в отличие от России, так как Азербайджан лучшим образом встроен в мировую экономическую систему. Необходимо решить, путем политического консенсуса, острый и болевой вопрос Нагорного Карабаха и выстраивать свою систему устойчивого развития на среднесрочную перспективу. Потенциал для этого у Азербайджана есть. Верю, что Азербайджан займет свое очень удобное и выгодное положение, как "Евразийский мост" в экономическом плане – сказал в заключении профессор Никоноров.

    Все мы знаем, что нефть – это ценный и ограниченный ресурс. Из неё получают бензин, реактивное и дизельное топливо, парафин и другие нефтепродукты. Челове ...

  • Арзу Мамедова - 9 января 2018 Акрам Гасанов - адвокат, в основном по экономическим и имущественным вопросам, что включает в себя и недвижимость, и банки, и налоги и т.п. Он поделился с редакцией Navigator Business Review своим мнением касательно того,  как обстоят дела с защитой прав потребителей в Азербайджане, что ждать от нового министра налогов и как банкам восстановить доверие своих клиентов. 1. Чем руководствуется сегодня государство в вопросах защиты прав потребителей? Каким образом сегодня удается защитить права потребителей? У нас есть Закон «О защите прав потребителей» и государственный орган, призванный защищать права потребителей, - Госслужба по антимонопольной политике и защите прав потребителей при Минэкономике. Сразу может возникнуть вопрос: а почему нужен этот орган, если потребитель может защитить свои права и посредством обращения в суд? Дело в том, что большинство правонарушений относительно потребителей бывает на небольшую сумму. А ведение судебного процесса – долгое и затратное дело. Поэтому потребители не склонны инициировать судебные иски против нарушивших их права предпринимателей или компаний. Гражданину достаточно обратиться в упомянутую Госслужбу, которая и должна разбираться с правонарушителем. Но на практике данная Госслужба очень пассивна. Подавляющее большинство граждан даже не знают о ее существовании. Сама Госслужба никак не афиширует свою деятельность, словно не заинтересована в жалобах граждан. Скажем, я никогда не видел социальную рекламу этой Госслужбы. Короче, начинать надо со знакомства потребителей с органом, призванным защищать их права. В тех редких случаях, когда граждане туда обращаются, в целом меры предпринимаются и права граждан защищаются. Правда, обычно это сфера торговли. Да и то не всегда. Скажем, сеть магазинов Kontakt Home до недавнего времени продавала свои товары за доллары. Но их права никто не защитил. Мне пришлось инициировать несколько судебных процессов против этой компании. Суммы были мизерные, поэтому защитил граждан бесплатно и после длительных процессов наконец добился решения Верховного Суда, признавшего практику Kontakt Home незаконной. Но конечно же этим должна была заниматься Госслужба. Вообще, эта Госслужба обычно уклоняется от защиты прав потребителей в сфере финансовых услуг. Хотя на сегодняшний день это очень актуальная проблема: как в отношении граждан с кредитными, так и страховыми организациями. Но почему-то Госслужба де-факто "отфутболивает" эту сферу к органам финнадзора – раньше Центробанку и Минфину, а сейчас – Палате по надзору за финрынками. Хотя орган финнадзора по сути призван защищать поднадзорные структуры, тем более, что Палата финансируется за счет последних. В этом смысле сегодня наблюдается практически полное отсутствие защиты прав потребителей в сфере финансовых услуг. Не случайно многие граждане жалуются на банки (как заемщики, так и вкладчики) и страховые компании (особенно по вопросам страхования автомобилей), но не все могут с ними судиться. Это очень серьезная проблема. Потому что финансовый сектор, как никакой другой, держится на доверии. А с таким подходом мы утратим и оставшееся небольшое доверие. 2. Немного личный вопрос, а когда Вы сами в последний раз защищали свои права и чем дело закончилось? Слава Богу, в основном не приходилось пока защищать свои потребительские права посредством юридических инструментов. Удавалось решать все на месте. Но, скажем, пару лет назад пришлось выяснять отношения с одной компаний, оказывающей услуги по кабельному телевидению. Все решилось без суда, как только компания поняла, что имеет дело с адвокатом. Не так легко с налоговыми органами. В прошлом году они мне неправильно начислили налог, но удалось решить вопрос посредством обычной жалобы в само министерство. А вот по другому налогу (однопроцентный налог с обналички) сужусь с Минналогом уже почти год и все еще дело не дошло до рассмотрения дела по существу. Как известно, этот налог ввели с прошлого года. Я считаю его антиконституционным, нелогичным и абсурдным. А потому сужусь из-за 6 манат. Это вопрос принципа. А суды пока отфутболивают. Дело дошло до Верховного Суда, а оттуда посредством Бакинского Апелляционного Суда вновь вернулось в Административно-Экономический Суд. Причина проста: я прав, но суды не решаются сказать, что закон противоречит Конституции и вообще является полным нонсенсом. Но для меня важна тут даже не победа – главное показать госструктурам, что работать надо ответственно, в том числе по вопросу принятия законов. А то у нас ведь чиновники считают, что закон – это пустой звук и никто жаловаться не будет. Надо им доказать обратное! 3. Поступать на юриспруденцию всегда было делом престижным. Как сегодня обстоят дела с образованием в этой сфере? Достаточно сказать, что за полные 26 лет нашей независимости в Азербайджане элементарно нет даже учебников по различным отраслям юриспруденции. Чего уж там говорить о научных достижениях в этой области – подавляющее большинство диссертаций плагиат либо вообще полная чепуха. Как в такой ситуации растить квалифицированных юристов? В результате наши юристы, как правило, просто законоведы, зубрящие законы. У них обычно даже понятия нет о правовой науке. Есть, правда, выпускники зарубежных вузов. Но обычно они окончили английские либо американские вузы. А там, как известно, учат совсем другую систему права – common law. Азербайджан же принадлежит к системе романо-германского права, точнее, ее германской ветви. Но выпускников немецких и даже французских юридических вузов у нас очень и очень мало. Поэтому все очень печально. В том числе по вопросам совершенствования юристов. За рубежом юристы несколько раз в год публикуют научные статьи. У нас это редкость. А то, что публикуется, зачастую даже не тянет на уровень студенческой курсовой работы. Короче, полнейшая деградация, последствия которой мы уже ощущаем. Без высококвалифицрованных юристов у нас никогда не будет правового государства. 4. Вы адвокат по экономическим вопросам, что включает в себя и налоги. Что ждать от нового министра налогов Микаила Джаббарова? Он очень грамотный специалист, притом как в юриспруденции, так и экономике. Он – единственный юрист в правительстве. В развитых странах большинство членов правительства обычно имеют юридическое образование. У нас, как видим, все наоборот. Действительно профессиональные юристы обладают системным мышлением, а потому незаменимые управленцы. Кстати, Джаббаров зарекомендовал себя как хороший менеджер. Но при этом он очень осторожный человек, несклонный к коренным преобразованиям. Если он сможет перебороть это свое качество, можно ожидать, что наша налоговая система будет усовершенствована как с пользой для граждан, так и для государства. В целом от бывшего министра налогов его преемнику достались в том числе неплохие кадры. Важно опираться именно на них. 5. Согласитесь, доверия к банкам почти не осталось. Что вы советуете делать с личными вкладами? И смогут ли банки вернуть свои позиции? Главное – вкладчикам надо полностью застраховать свои вклады. Банкротство Демирбанка показало, что процесс закрытия банков будет продолжаться. А если у гражданина в закрытом банке остались незастрахованные средства, то ему как минимум предстоит многолетняя борьба за свои кровно нажитые деньги. Опыт предыдущих закрытых банков показывает, что процесс их ликвидации происходит непрозрачно и с многочисленными нарушениями, в результате чего гражданам ничего в итоге не достается. Поэтому вклад надо страховать! Как? Надо, чтобы срок вклада был до 1 марта 2019 года, а ставка процента: в манатах – не более 15%, а в инвалюте – 3%. Ближайшие лет 5 банкам не удастся возродить былое доверие. Доверие завоевывается годами, а растерять его можно быстро. Последнее и произошло у нас. И главное – ничего путного для восстановления доверия и не делается. Наоборот, мы видим только дрязги между соответствующими госструктурами и внутри них. Личные интересы возобладали над общественными. Поэтому гражданам и предпринимателям надо быть очень осторожными с банками. Но если бы в правительстве была единая здоровая грамотная команда по вопросу развития финсектора страны, думаю, все проблемы можно было бы решить за несколько лет.

    Акрам Гасанов - адвокат, в основном по экономическим и имущественным вопросам, что включает в себя и недвижимость, и банки, и налоги и т.п. Он поделился с ...

  • Арзу Мамедова - 8 января 2018 Туризм. Кто не знает, что Азербайджан развивает туризм, все от “мала до велика” трудятся на пути развития этой сферы. Лично я считаю, что, в первую очередь, надо развивать внутренний туризм - это когда рядовой азербайджанец может позволить себе выходные, например, в Габале, а не дособрать еще немного и поехать куда-то вне страны. По крайней мере, до момента девальвации именно так все и обстояло. Вернемся к теме, все стараются внести свой вклад, маленький, большой - неважно. Спорить об этом мы не собираемся, но вот есть одна деталь, - которая напрочь убивает желание путешествовать самому, да и чего более показывать заграничным гостям. Об этом неприятно и не принято говорить ввиду того самого пресловутого менталитета, но говорить надо. Санузлы в Азербайджане - это сплошной кошмар. Что санузлы на Бульваре (вроде центр столицы), что остановки при Пире на Беш Бармаг, что остановки в Кюрдамире, который годами служит точкой, где можно и нужно делать остановки, если едешь совсем далеко, что остановки в туристически развитых Габале или Шеки. Ужасает качество санузлов. В львиной доле мест будет стоять азиатский туалет - и это в 21 веке в развитом Азербайджане. Стоит ли говорить об отсутствии туалетной бумаги и горячей воды, если полная антисанитария царит в этих местах. При этом где-то за такого рода «удобства» взимают мзду в размере 20 копеек, за что - непонятно. Невозможно показать свою страну с лучшей страны, когда у тебя санузлы хуже кошмаров, что могут присниться. Вы можете смеяться, но связь туалетов и туризма - огромная. Во многих странах мира проводятся целые туалетные реформы, ведь это не только здоровье и основополагающая гигиена, но и удобство, как для своих граждан, так и для иностранных туристов. Так, например, в КНР решили до 2020 года отремонтировать и построить в общей сложности 100 тысяч общественных уборных. Причиной модернизации стали массовые жалобы на антисанитарию в туалетах, расположенных в популярных у туристов местах. В рамках программы развития туризма Китай планирует инвестировать в эту отрасль порядка 290 миллиардов долларов до 2020 года. Правительство КНР прогнозирует, что благодаря этим усилиям число иностранных туристов к упомянутому сроку вырастет до 150 миллионов. Недавно самый популярный путешественник и блогер привлекал внимание к этой теме. На своей странице в социальной сети Facebook Азер Гариб отмечал, что уровень санузлов оставляет желать лучшего и каждый раз ему «было совестно ехать с гостями через Габалу». Он отметил, что один из главных барьеров, что стоят на пути развития туризма – это отсутствие туалетов, а те, что есть - находятся в ужасающем состоянии. Что же нам мешает решить эту вроде бы простую проблему? Чтобы найти ответ на этот вопрос мы обратились к пресс-секретарю Национального Бюро по Развитию Туризма Кенану Гулузаде. «Мы признаем, что такая проблема есть, и мы ее решаем. Уже готов проект по строительству туристических информационных центров, где будут размещены детские площадки, парковка, место для покупки сувениров и, самое главное, санузлы. Будут они построены по всем направлениям и через каждые 100 км. Сейчас остается решить последний вопрос - как это будет реализовываться? То есть государство выделит место, но даст право строиться бизнесменам, либо же все ляжет на плечи местного управления. Мы, как Бюро, считаем, что все должно быть сделано централизованно. Так что остается решить лишь этот момент, и уже начать строить. Отмечу, что всего запланировано более 20 санузлов».

    Туризм. Кто не знает, что Азербайджан развивает туризм, все от “мала до велика” трудятся на пути развития этой сферы. Лично я считаю, что, в первую очеред ...

Добавить коментарий

Войти с помощью: